Версии летчиков и экстрасенсов: куда мог пропасть АН-2

Загадочно исчезнувший самолет ищут даже на перевале Дятлова. Выпуск от 2012-07-05 13:08:00. Ведущий: Ринат Низамов.

В прямом эфире радио и телеканала КП инструктор школы выживания «Современное единоборство» Дмитрий Дугельный, семикратная абсолютная чемпионка мира по высшему пилотажу, абсолютная чемпионка Всемирных воздушных игр, заслуженный мастер спорта России Светлана Капанина, врач-реаниматолог Всероссийского центра медицины катастроф Алексей Старков, заслуженный летчик-испытатель, Герой России Анатолий Кнышов и редактор «Комсомолки» в Екатеринбурге Ринат Низамов рассматривают все возможные версии произошедшего.

Низамов:

— На самолете Ан-2 с аэродрома города Серов в Свердловской области поднялись в небо 13 человек. Они не вернулись. Четыре недели поисков не дали никаких результатов.

Сейчас ведутся масштабные поиски самолета. В начале июня СМИ растиражировали информацию о том, что самолет угнали пьяные гаишники. Якобы начальник местной ГИБДД Дмитрий Ушаков вместе со своими подчиненными и  друзьями угнали самолет, чтобы отправиться в соседнюю область на рыбалку или в баню. На аэродроме были найдены рюмки, пустая бутылка из-под настойки. Несколько брошенных рядом с полосой легковушек. Начальник ГИБДД Серова Дмитрий Ушаков и его подчиненный Максим Маевский для людей остались ментами, угнавшими самолет ради забавы. Мы отправились в Серов со спасателями, в тайгу. Пилоту самолета Кашапову было 50 лет. Баки самолета Ан-2 были полные, их хватило бы на 700 км. Они могли долететь до Пермского края, до Республики Коми, других соседних регионов. Поиски обрастают слухами. Родственники исчезнувших обратились к экстрасенсам. Самолет ищут даже на перевале Дятлова. Есть ли сегодня шанс найти самолет?

Кнышов:

— Самолет Ан-2 эксплуатируется более 60 лет. Очень надежный самолет. Используется во всех летных училищах для подготовки курсантов и будущих пилотов. Пилотов, летающих на этих самолетах,обучают выбирать посадочную площадку с воздухе. Возможность сесть на опушке леса, на лужайке, на водной поверхности. По данному самолету много версий. Одна из них – если он летел очень низко над вершинами деревьев, мог вертикально опуститься. На этом самолете могло не быть маяка. Можно запросить авиационно-космическую разведку, которая может исследовать этот район. У них точность определения на местности предметов очень высока. Там высокие деревья, реки, болота. Но летом люди могут остаться живыми, будем надеяться. Дай бог, поиски увенчаются успехом.

Низамов:

— Кто должен заниматься поисками людей, которые полетели развлекаться и смотреть красоты?

Капанина:

— Мы уверены, что они за этим полетели?

Низамов:

— Уверены. Сегодня следователи говорят, что это был не первый коммерческий полет.

Капанина:

— Понятно, что у нас часто во всех аварийных ситуациях в первую очередь обвиняют пилотов. Система тоже имеет большое значение. Сегодня она несовершенна. Если бы были доработаны правильно и грамотно все авиационные правила, возможно, такой ситуации не было бы. Даже смотреть красоты можно официально и по закону. Подал заявку. Все руководители полетов знают, что самолет пошел в конкретном направлении. Когда он не пришел, все службы поднимаются на поиски. Так работают во всем мире.

Низамов:

— Эта компания заплатила деньги и полетела. С каждого взяли по тысяче рублей. Самолет прибыл в Серов для мониторинга пожаров. Было много свободного времени у пилота. Что могло произойти с самолетом?

Капанина:

— Не хотелось, чтобы начиналось с обвинений. Если у людей было свободное время, то они могли куда-то полететь. Но они не оповестили службы, куда они полетели. Ан-2 способен сесть на минимальную площадку. Пилоты имеют допуски на подбор площадки. Если бы была минимальная площадка, пилот бы ее использовал. Но тайга, вокруг лес, болота, реки, это сложно сделать. Если было хулиганство – низкие высоты, не заметили дерево, зацепились, упали. Но мы не можем обвинять, не зная причины. Мог быть элементарный отказ двигателя над тайгой, где нет площадки для посадки самолета. У пассажиров нет парашютов. В Ан-2 и у пилотов на всегда есть парашюты.

Низамов:

— Мнение Александра Данилова, заместителя начальника Владимирской базы авиационной охраны о самолете Ан-2.

Данилов:

— Ан-2 – довольно надежная машина. Один двигатель. Двигатель уже доработанный. Самолет планирует с выключенным двигателем. Если есть хоть небольшая площадка, на нем можно сесть на любом поле. В штопор он не сваливается вообще, даже если захочешь. Он делает крен, выходит. Если только пилот не выпил. Тогда он в какой-то степени неадекватен. Если он не просто лег на верхушки деревьев, а вошел вертикально к земле, повис на двигателе, то макушки соединяются, его очень сложно найти.

Низамов:

— Анатолий Николаевич, вам приходилось летать на таком самолете?

Кнышов:

— Моя карьера начиналась в 17 лет. С такого самолета я выполнял прыжки. Летать не приходилось. Я летал на 50 типах самолетов. Любое воздушное судно одинаково. В автомобиле есть руль, педаль. Точно так же и в самолете. Есть органы управления, основные несущие детали самолета. Крыло и тяга двигателя. Ан-2 – один из самых надежных.

Воздушный кодекс предусматривает, что правила полета для малой авиации выполняет Федеральная служба по надзору в сфере транспорта. В Мячково был аэродром, где тренировались многие команды спортсменов. Просто прекратили летную деятельность. Аэродром превратили в трассу «Формулы-1». Должны быть официально разработаны правила для малой авиации. В Российской Федерации многие бизнесмены приобрели частные самолеты. Около 5 тысяч самолетов. Нужно составить правила, чтобы такие самолеты можно было регистрировать. Чтобы пилот мог в уведомительном порядке делать заявку на выполнение полета. Должен быть контроль. Должны быть выделены специальные маршруты для полетов такой авиации. Нужно предусмотреть возможность сохранить такие площадки, чтобы на них могли восстановить систему ДОСААФ.

Низамов:

— Алексей, в ВЦМК этот случай обсуждают?

Старков:

— С медицинской точки зрения шансы у людей в подобной ситуации неплохие. Это обитаемый регион. Сейчас теплое время года. Они уберегутся от переохлаждения. Даже на подножном корму, простым собирательством грибов, ягод, выковыриванием червей из грунта можно держаться какое-то время. Шансы у пострадавших на выживание в этой ситуации очень неплохие.

Низамов:

— Дмитрий, вы в тех местах бывали?

Дугельный:

— Конечно. Ходил в тайгу. Полностью поддерживаю Алексея. Там летели достаточно профессиональные люди, имеющие подготовку. Если кто-то пострадал, эти люди выбрали тактику выживания. Есть пассивная, есть активная. Активная, когда ты просто ушел в экскурсию с рюкзаками, никого не предупредил. И пропал. А кто-то из ребят, скорее всего, пострадал, они выбрали пассивную тактику – ожидание. Устроились где-то около самолета. Наверное, друг другу помогают.

Низамов:

— Карта, навигатор, компас, телефоны были оставлены на аэродроме Серова. В этих районах мы видели берлогу. Как без спичек, ножей и прочего в глухой тайге 13 человекам спастись от дикого зверя?

Дугельный:

— Элементарные подручные средства. Наверное, взрослые мужчины курят. Разломанная в руках и брошенная в морду хищному зверю сигарета дает отражающий эффект. Главное – проявить фантазию.

Низамов:

— Если с небольшой скоростью 180 км/ч самолет падает в тайгу, есть ли шанс, что люди получат меньше травмирование?

Кнышов:

— Для Ан-2 это крейсерская скорость. У него от 150 до 210 км/ч – средняя оптимальная крейсерская скорость. Если мы летим над вершинами деревьев, пассажиры не увидят красоту. Надо находиться хотя бы на высоте 100 м, чтобы видеть тайгу, реки. На небольших высотах пилоты запрещено ходить. Даже с целью разведки пожара он может не заметить очаги пожара с такой высоты. Даже если скорость будет 180км/ч, если у вас произойдет полное столкновение, нужно оказаться в таких условиях. Нужно лететь ниже верхушек деревьев или ниже вершин холма. Я бы считал, что он летел на высотах выше вершин деревьев – метров 50.

Низамов:

— Наверняка они полетели смотреть достопримечательности – заповедник «Денежкин камень», «Кожаковский камень» — высота 1,5 км. А также водопады североуральские. Какие повреждения может получить кукурузник, рухнув с такой высоты?

Капанина:

— Это то же самое, что идет человек по дороге. Он может упасть, один сломает ногу, а другой отряхнется и пойдет дальше. Это непредсказуемо. Самолет может разбиться полностью весь, все погибнут. У него могут отвалиться крылья, но все внутри будут живы. Это непредсказуемое. Если самолет идет на большой скорости к земле, то здесь живых не останется. Но если он идет на малой скорости, происходит элементарный срывной режим, здесь много случаев, когда люди остаются в живых. Мой друг попал в штопор на первом развороте. Казалось, живых не должно остаться. Он и курсант остались живы.

Звонок:

— У нас, несмотря на массу разнокалиберной техники, все увеличивающейся электроники, посмотрите, какой бардак. Пропажа этого самолета – как так? Это же не частный аэродром. Пришли ребята, скинулись. Летчик практически калымил. Поднялся в воздух и полетел в неизвестном направлении. Это в стране, где нет никакой дисциплины. Почему не было пеленгатора? Я служил в Афганистане. «Духи» неоднократно сбивали вертолеты, истребители, штурмовики. Но везде стояли пеленгаторы. Он включался автоматически, туда вылетала поисковая группа. Не всегда удавалось спасти, но пеленгаторы определяли, где произошла авария.

Кнышов:

— К сожалению, система, которая существовала в Советском Союзе, когда Ан-2 и вся малая санитарная авиация имела свои маршруты, имела законное представление в системе гражданской авиации, разрушена. Сейчас этого нет. 5 тысяч частных воздушных судов летают не по правилам. Государство должно контролировать. Министерству транспорта предписаны эти функции. Федеральная служба по надзору в сфере транспорта. Федеральное агентство воздушного транспорта.

Низамов:

— Государство решило закрыть аэродром в Серове. Это не решение проблемы, но показатель того, как государство занимается наведением порядка в малой авиации. Сегодня поиски постепенно сворачиваются. Все меньше людей выходят каждый день в тайгу. Стоит ли продолжать поиски самолета?

Кнышов:

— Думаю, стоит продолжать. Все-таки это наши граждане Российской Федерации. У нас существуют поисковые системы. Сюда необходимо подключить и космическую разведку. Мы ищем самолет и людей.

Дугельный:

— Самолет может быть точкой отправления. Они должны показать направление, в какую сторону они двигаются. Если они живы, не ранены.

Низамов:

— Какие действия необходимы в первые минуты?

Дугельный:

— Черенки от лопаты, две палки, обычная куртка, пиджак. Делаются носилки.

Низамов:

— Сейчас на севере области +35 градусов. Спасатели работают в невероятно сложных условиях. Нужно ли рисковать тысячами человек, чтобы найти тринадцать?

Старков:

— На мой взгляд, спасение даже одной жизни стоит потраченных усилий. Стоит более тщательно организовать поиски, чтобы не было потерь среди спасателей. Следить за режимом, в системе МЧС в поисковых мероприятиях четко прописаны алгоритмы, сколько человек может работать, с какой частотой он должен сменяться, сколько у него часов в сутки должно быть минимум на сон. Это позволяет избегать потерь среди спасателей.

Звонок:

— Неужели нельзя сделать, чтобы летчик катапультировался? Он сможет рассказать, что творилось в самолете.

Кнышов:

— Воздушные суда пассажирского назначения проектируются таким образом, что они надежнее, чем железнодорожный транспорт, автомобильный. Самая сложная ситуация – когда у вас отказывает двигатель. Но с высоты 100 м этот самолет может еще 16 км планировать. Он может выбрать площадку и безопасно сесть. Я испытывал крайний самолет Ил-96. Мне давали задание – выключали четыре двигателя на самолете. Вес самолета – 270 тонн. Выключали двигали в 220 км от аэродрома. Я садился на аэродроме. Даже пилот средней квалификации, который выпускается после училища, способен на самолете такого класса как Ил-96, тем более на Ан-2, выбрать площадку и сесть. В этой ситуации площадкой могут быть вершины деревьев. Мягкие ветки.

Низамов:

— Светлана, вы пытались сажать самолет в такой ситуации?

Капанина:

— Кукурузник точно не пыталась. Отказы двигателя у меня были. Но они были на ровной местности.

Низамов:

— На четвертую неделю поисков люди выжили, как вы думаете?

Капанина:

— Выживание у людей всегда на высоте. Там было много мужчин. Тем более они подготовлены. Они охотники. Если они летели на рыбалку, у них должны быть снасти. Меня тревожит другая проблема. Вы сказали, что закрыли аэродром Серова. В то время, когда нам в тайге не хватает вынужденных площадок в случае отказа двигателя. Вместо того, чтобы разобраться в проблеме, наладить это.

Низамов:

— В Ижме мужчина чистил много лет взлетную полосу. Тем самым он спас жизни практически сотни людей, которые были в Ту-154. По всей стране много таких взлетных площадок, как в Серове?

Кнышов:

— Было несколько тысяч. Каждый населенный пункт по планам Генштаба предусматривал такие площадки. Только в Московской области было около 2 тысяч таких площадок. Они сейчас проданы под строительство. Они нужны. Минэкономразвития должно рассчитывать развитие территорий. Страна огромная. Только самолетом можно долететь. Значит нужны площадки. Чтобы была связь районов, регионов, жителей. Это национальная безопасность самой территории.

Низамов:

— Что говорят об этом случае экстрасенсы? Анатолий Николаевич, вы верите экстрасенсам?

Кнышов:

— В данной ситуации любая соломинка дает веру во что-то. Если экстрасенсы смогут сказать, где находятся пассажиры, это плюс всем.

Низамов:

— Спасатели за две недели проверили 40 сообщений экстрасенсов. У нас в студии экстрасенс Светлана Проскурякова. Скажите, живы ли пассажиры?

Проскурякова:

— Я думаю, что, скорее, нет. Я смотрела этот случай, когда все произошло. Тогда было ощущение, что кто-то жив. Я не видела мертвых. У меня фотографии людей, которые находились на борту. Дмитрий Ушаков – с него все началось, он инициатор поездки, указывал направление, куда лететь. Когда я посмотрела все фотографии, у меня сложился образ самолета. Я ориентируюсь только на свои ощущения. Но часто они оказываются правильными. Я вижу, что самолет находится в наклонном положении. Вертикально расположен. Где-то в очень узком месте. Возможно, там скалы. Близко вода. Если это ущелье, он не дошел до дня. Он застрял. Это север, немножко к западу. Они пролетели больше чем 100 км, причем не сразу, их путь был извилистый. Но ощущение, что не больше 200 км. Их путь изначально был не прямой. Ощущение рассветных часов. Туман, только светло становится. Тогда все это произошло.

Низамов:

— У нас есть видео этого самолета за день до катастрофы. Можете сказать, что был на борту?

Проскурякова:

— Пилот. Веселье. Неадекватное поведение. Экстремальщина. Возможно, они несильно пьяные. Им просто очень весело. Там было человек пять-семь. Ощущение, что здесь было гораздо меньше людей, чем в день исчезновения.

Низамов:

— Нет ли здесь чего-то сверхъестественного?

Проскурякова:

— Я реалист и скептик. Ничего сверхъестественного нет здесь. Просто люди в не очень адекватном состоянии, переоценили свои возможности. Им было очень весело.

Низамов:

— На перевале Дятлова в 1959 году погибли 9 человек. Группа лыжников под руководством Игоря Дятлова отправилась в поход по Северному Уралу. Ночь с 1 на 2 февраля лыжники провели на склоне горы Холатчахль – Гора Мертвецов. Обезображенные, остекленевшие тела спортсменов, сильно зараженные радиацией, найдут спасатели. Палатка была изрезана, а трупы располагались на разном расстоянии от нее. У некоторых не был глазных яблок и языка. Версии как очевидные – сход лавины, так и невероятные – вмешательство НЛО.

По требованию родственников спасатели летали и до перевала Дятлова. Они изучают это место. Изучаются и все сообщения экстрасенсов. Сегодня порядка к 40 ясновидящим обращались родственники улетевших людей. Вы верите в сверхъестественные возможности людей? И стоит ли сегодня так близко к сердцу принимать их сообщения и проверять каждое?

Капанина:

— Хватаются за любую соломинку.

Низамов:

— Соломинка уже стоит несколько миллионов рублей.

Капанина:

— Давайте найдем причину, почему мы сейчас вкладываем столько денег. Раз уж это произошло, давайте будем вкладывать деньги, людей надо найти. Но причина в том, что наши авиационные федеральные правила несовершенны для малой авиации.

Прокурякова:

— Я довольно давно сотрудничаю с правоохранительными органами. Моя версия и моих коллег рассматривается как одна из версий оперативного розыска и тоже проверяется.

Низамов:

— По вашей версии, в сторону перевала Дятлова тоже нужно отправляться. Спецкор газеты «Комсомольская правда» Андрей Моисеенко несколько лет назад подготовил большой цикл публикаций о перевале Дятлова.

Моисеенко:

— Таких случаев в истории больше не было – ни у нас в стране, ни за рубежом. 1959 год – гибель 9 туристов, 7 парней и 2 девушки. Кожа была оранжевого цвета, они были поражены радиацией. Первых пятерых нашли, командир вертолета посмотрел на них и сказал, что не повезет их. У одной из девушек не было языка. У одного из ребят голова была сплюснута. Уголовное дело было закрыто с выводом следователя, что туристы столкнулись с некой природной силой, преодолеть воздействие которой были не в состоянии.

Низамов:

— С нами на связи Дмитрий Ромашко – автор популярного мультимедийного проекта «Перевал Дятлова». Он находится в Китае. В вашем проекте есть информация о горе Холатчахль. Ваша версия – что произошло на перевале Дятлова? Могли ли люди полететь туда и исчезнуть именно там, на границе Свердловской области?

Ромашко:

— Я не связываю происшествие с Ан-2 с перевалом Дятлова. На самом перевале с 1959 года никаких трагических инцидентов не происходило. Хотя там существует магнитная аномалия. Сам перевал после инцидента с группой Дятлова не отличался никакими аномалиями. Недалеко есть другой перевал, там аномалия более сильная. В 70-е годы там построили радиолокационную станцию. Там происходили все виды чертовщины с гарнизоном, расквартированным на этой станции.

Низамов:

— Есть версия, что самолет Ан-2 сбили ракетчики.

Ромашко:

— Участники форума искали секретные военные базы поблизости на протяжении нескольких лет. Пока ничего не нашли. Дело дятловцев расследовала гражданская прокуратура.

Низамов:

— Почему вы решили взяться за перевал Дятлова?

Ромашко:

— Это было несколько лет назад, я увидел сюжет по телевидению, заинтересовался. Это совершенная загадка. Других таких случаев нет.

Низамов:

— До сих пор не рассекречены все материалы уголовного дела по гибели туристов на перевале Дятлова. Почему?

Ромашко:

— Оно рассекречено полностью еще с 70-х годов. Возможно, есть другие отдельные уголовные дела в архивах КГБ и ЦК КПСС. Но никаких подтверждений их существования нет.

Низамов:

— Вы лично связываете исчезновение самолета с 13 людьми на борту с гибелью туристов в 1959 году?

Ромашко:

— Нет. Пока нет никаких поводов связывать.

Низамов:

— Светлана, говорят, на перевале Дятлова видят постоянное что-то сверхъестественное. Такое возможно?

Проскурякова:

— Конечно, возможно. Люди с повышенной чувствительностью могут видеть в подобных местах много интересного. Но возвращаясь к этому случаю, у меня есть ощущение, что самолет не долетел до этого перевала. Это ближе к Серову произошло. И эти два происшествия между собой никак не связаны. Здесь просто катастрофа.

Моисеенко:

— Делом о происшествии на перевале Дятлова интересовался Никита Хрущев. Ему из Свердловска отправляли в Москву бумаги. Трупы привезли в лабораторию к экспертам. Ни с того, ни с сего начали проводить анализы на радиацию. Кому это могло прийти в голову в 1959 году? В 1961 году в районе перевала Дятлова уже разбился один самолет – Як-12 из Ивдели, самолет отряда малой авиации. Они занимались опылением тайги. Зацепились за деревья, самолет упал, весь экипаж погиб. Это официальная версия. Хоронили их в Свердловске в закрытых гробах.

Кнышов:

— Если самолет летел ниже разрешенной высоты, он мог зацепиться за деревья. Когда идет резкое пересечение поверхности – тайга и водная поверхность, восходящие потоки совершенно иные. За счет этого он мог притянуться к земле. С 1959 года до настоящего момента никто ничего не знает, что произошло. Любое расследование устанавливает причину. Или там аномалия, или район, в который нельзя летать. Но экипаж и жители Серова об этом перевале, видимо, знали. Вряд ли, что командир принял решение, зная, что там уже несколько трагедий было, лететь туда. Может быть, катастрофа произошла ближе, не обязательно на перевале.

Низамов:

— А что произошло на перевале Дятлова в 1959 году?

Проскурякова:

— Я думаю, здесь стоит искать причину не в сверхъестественном, может, военные дела.

Моисеенко:

— Версии были разные. Первая – лавина. Но этот район абсолютно нелавиноопасен. Переломы ребер у многих были такие, как будто люди лежали на мягкой наковальне, по ним били жестким молотом. Скорее всего, кто-то умер раньше, чем другие. Живые пытались спасти тех, кто умирает. Вторая версия – падение ракеты военной или гражданской. Третья версия – в районе Ивдели были лагеря. С ребятами могла расправиться группа сбежавших зеков. Или отряд зачистки, который шел в поисках зеков. Но не было никаких свидетельств того, что это сделали зеки или местные жители. Это место не было священным для местных жителей. Они просто обходили его стороной.

Низамов:

— Дмитрий, а вы эти места знаете?

Дугельный:

— Только по вашим картинкам. О перевале Дятлова давно говорят. Это повод для того, чтобы кому-то с завышенным самомнением пойти туда. Вы сказали, что на аэродроме в Серове оставили телефоны, компасы. На местности можно элементарно сориентироваться. Солнечный день, открытая площадка. Ставится палочка. Тень от нее фиксируется. Точка А. Через полчаса тень переходит в точку Б. Расстояние от точки А до точки Б в Северном полушарии показывает направление на восток.

Низамов:

— Есть версия, что люди могут жечь сигнальные костры. Стоит ли ночью людей искать?

Дугельный:

— Нужно искать техническими средствами. Если люди за четыре недели себя не проявили, все равно нужно искать самолет. Оттуда уже искать причину.

Низамов:

— Если рассматривать версию, что самолет рухнул в воду, может быть так, что на поверхности воды никаких обломков нет?

Капанина:

— Не исключено. Может быть, они хотели посадить самолет на водную поверхность. Если посадка была мягкая, может быть, самолет просто ушел под воду. Возможно все. Все зависит от падения. Он может полностью разложиться на мелкие осколки, а может практически целиком уйти под воду.

Низамов:

— Топливо наверх бы поднялось?

Кнышов:

— Даже если этот самолет может сесть мягко, учитывая, что фюзеляж его негерметичен, полные баки топлива, со временем, учитывая, что там есть вентиляционные отверстия, вода бы наполнила его, он бы просто затонул. Но не сразу. У людей есть шанс выбраться из самолета. У них в верхней части крыла есть специальный смотровой люк.

Капанина:

— Если он мягко сел, он еще держится на плаву за счет широкого крыла 5-6 часов.

Кнышов:

— Из люка, с кабины можно выйти, по крылу и фюзеляжу двигаться сверху. Смогли ли они этим воспользоваться, неизвестно.

Николай:

— В первые дни после исчезновения самолета была информация, что один из друзей этих пропавших пассажиров заявлял, что несколько раз ему приходила эсэмэска от одного из пропавших. Неужели нельзя через оператора сотовой связи выяснить координаты этого телефона?

Низамов:

— Друг одного из пассажиров получил сообщение, что этот абонент снова находится в зоне действия сети. Позже выяснилось, что на телефоне была настроена переадресация на другого оператора. Робот автоматически отправил эту эсэмэску. 10-15 км от Серова – вообще никакой связи нет. В лесу из-за крон деревьев не ловит даже спутниковый телефон. Можете сказать, когда самолет будет найден?

Проскурякова:

— Могу сказать, что самолет найдут, когда уже перестанут его искать, найдут случайно. Людей уже никаких не будет. Самолет почти целый. Повреждений на нем не очень много.

Низамов:

— Зачем пилоту понадобилось поднимать в небо самолет с людьми?

Проскуряков:

— У него очень сильное нереализованное честолюбие. Он всегда думал раньше, что его недооценили, что-то недодали в жизни. Здесь очень сильный коммерческий интерес.

Низамов:

— Гаишник Дмитрий Ушаков. Потом была версия, что он оказался там случайно.

Проскурякова:

— Он оказался там не случайно. Мое ощущение, здесь видна его ведущая роль. Он очень простой по характеру. Очень определенные жизненные ценности. Человек мыслит очень ограниченно, в каких-то рамках. Он категоричен по своей сути. Есть ощущение, что именно он указывал, куда лететь. Он был там самым главным.

Низамов:

— Сторож Юрий Соболев. Он 11-го вечером отмечал День России грядущий вместе с пилотом Кашаповым.

Проскуряков:

— Это человек очень слабый. Он был сильно выпивший.

Низамов:

— Его жена – директор этого аэродрома. Что можно сказать об остальных людях на борту?

Проскурякова:

— Они как раз оказались, скорее всего, случайно. В связи с тем, что, может быть, просто хотели повеселиться, что-то новое для себя открыть. Но они совершенно случайные люди в этой ситуации.

Низамов:

— 13 человек на борту. Их судьба остается неизвестной. Будем продолжать надеяться на то, что они живы. Алексей Старков говорит, что даже спустя четыре недели можно говорить о том, что они спасутся. Инструктор по выживанию Дмитрий Дугельный говорит, что есть способы спастись. Летчик Светлана Капанина говорит, что самолет Ан-2 прочный, который может и не развалиться до конца. Есть шанс, что пилот посадил самолет. Экстрасенс Светлана Проскурякова, к сожалению, ее прогноз плохой, но мы вам не верим.

Проскурякова:

— Правильно, я тоже хочу ошибиться.

Низамов:

— Анатолий Николаевич Кнышов, летчик-испытатель. Мы все были в эфире.

 <<САМЫЕ ИНТЕРЕСНЫЕ ЭФИРЫ РАДИО "Комсомольская правда" СОБРАНЫ ЗДЕСЬ >>

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавлен: 05.07.2012 10:07:00
avatar
  Подписаться  
Уведомлять о